11 безумных и жестоких традиций с животными, в которые трудно поверить

1. Хорёк в штанах: британский экстрим для крепких нервов

Если футбол и теннис кажутся слишком предсказуемыми, Британия нескольких десятилетий назад предложила альтернативу поострее. Её звали ferret-legging — соревнование по удержанию живого хорька в штанах.

Правила дико просты: участнику завязывают штанины на голень, нижнее бельё запрещено, а в получившийся «карман» запускают зверя. Потом засекают время. И если вы думаете, что зверёк там спокойно дремлет — забудьте. У хорьков иголки вместо зубов и когти как у кошки, да и исторически их держали для охоты на кроликов.

Легенда этого «вида спорта» — Рег Меллор. Он заявлял, что однажды продержался с негодяем в штанах более пяти часов. В интервью он честно признавался: зверь в любой момент может укусить там, где больнее всего.

Пик популярности пришелся на 70-е, но даже в начале 2000-х в американской Вирджинии ещё устраивали такие «чемпионаты». Говорят, корни традиции уходят в времена, когда содержание хорьков было под запретом, а контрабандисты таскали их именно в штанинах — быстрее не придумаешь.

2. Козы: от «детского» блюда до полёта с campanile

Козам в фольклоре разных народов досталась тяжелая доля. Один из самых пугающих примеров — блюдо под названием «кутти пи». Суть: беременую козу убивают, извлекают плод и едят его. Исторически это практиковалось в англо-индийской среде.

Но это ещё цветочки.

В испанской деревушке Манганезес-де-ла-Польвороса два столетия подряд существовал обычай: сбрасывать живую козу с колокольни (высотой с пятиэтажный дом) вниз, где толпа с простыней пыталась её поймать. Срабатывало это далеко не всегда. Традицию официально запретили, но слухи о том, что её всё равно продолжают тайком, до сих пор ходят по деревне.

И напоследок — бузкаши, национальный спорт Афганистана. Всадники на конях сражаются за тушу обезглавленной козы (или телёнка). Тушу заранее готовят: вынимают внутренности, отрезают ноги и выдерживают, чтобы была тяжелее и не рассыпалась в процессе. Спортивный инвентарь, который когда-то был живым существом.

3. Перуанские морские свинки: ужин и диагностика в одном флаконе

В Перу морская свинка — не пушистый питомец для ребёнка, а полноценный сельхозживотный. Ежегодно здесь съедают десятки миллионов штук. Но есть и более мистическая практика.

В некоторых регионах верят: морская свинка способна «вытянуть» болезнь из человека. Во время ритуала живого зверя водят по телу больного, а потом... убивают и вскрывают. По состоянию внутренностей шаман определяет, что именно было у пациента. Научная база? Есть один нюанс: в организме морских свинок действительно есть L-аспарагиназа — фермент, который официальная медицина использует в протоколах лечения лейкемии. Но оттуда до вывода «съешь свинку — вылечишь рак» дальше не может дотянуться даже самый оптимистичный фольклор. Вот так научный факт и магия переплелись в один узел.

4. Мышье вино: год выдержки за вкус бензина

Казалось бы, вино — напиток благородный. Но в старых китайских и корейских рецептах встречается вариант, от которого у сомелье стонет: вино на детёнышах мышей.

Глазки ещё не открывшиеся мышат помещают в сосуд с алкоголем и держат там около года на ферментации. Считалось: это мощное средство от астмы и прочих недугов. По воспоминаниям смельчаков, попробовавших это «лекарство», его букет и вкус неотличимы от бензина. Сегодня это выглядит не как народная медицина, а как мрачный экспонат музея странностей.

5. Модная кожа: цена ремня из питона

Змеиные ремни, крокодиловые сумки, обувь из аллигатора — штампы люксовой моды. Но за глянцевым каталогом стоит конвейер, который защитники животных годами пытаются остановить.

Речь не о гуманном убое. Есть документальные подтверждения: змей фиксируют, делают надрез и стягивают кожу со живого тела. Зверь может агонизировать часами. Крокодилов и аллигаторов часто предварительно обездвиживают (не усыпляют, а именно парализуют), а потом снимают шкуру. На одну крупную сумку уходит несколько рептилий. Главные хабы этой индустрии — Юго-Восточная Азия: Таиланд, Индонезия, Вьетнам.

6. Чемпионат по плевкам... сверчками

Думали, плевать на дальность — затея дворовых подростков? В Лафайете (штат Индиана) это официальный вид спорта уже с 1997 года. Придумал профессор Пердью — и пошло-поехало.

Правила: берёшь в рот мёртвого сверчка и выплевываешь его максимально далеко. Рекорд — около 9,8 метров (32 фута и четверть дюйма). Событие охватывали CNN и ESPN. Ну что ж, спорт бывает разным, а этот — ещё и хрустящий.

7. Балут: закуска не для слабонервных

На Филиппинах и по всему Юго-Востоку Азии балут — это как у нас семечки у пива. Только вместо семечек — варёное утиное яйцо, внутри которого уже сформировался эмбрион с перышками, клювом и лапками.

Едят всё целиком, прямо из скорлупы. Для местных — вкусно и питательно. Для неискушённого туриста — психологический тест на прочность. Кстати, балуту считают афродизиаком, хотя наука плевёт в эту сторону: никакой особой магии в утятке нет, просто белок и жиры.

8. Слоновье поло: благотворительность или цирк?

Споры вокруг слоновьего поло не утихают десятилетиями. Главные арены — Таиланд и Непал.

Сторонники говорят: турниры приносят деньги на содержание и защиту слонов, спасая их от тяжелого труда на лесозаготовках или в туризме «езди на мне». Противники отвечают: слон — не спортивный снаряд, его природа не подразумевает гонку за мячом под ударами крюка (анкуша).

Исторически это не древняя традиция, а чистый PR-ход 1982 года. Два британца решили, что слоны на поле привлекут туристов. Привлекли. Слоны стали живым инвентарём туристического бизнеса.

9. Быки: когда фестиваль превращается в бойню

Испанские праздники с быками — отдельная глава черновика человеческой жестокости.

Фестиваль Торо-де-ла-Вега: толпа на конях и ногах гоняет быка по улицам, вонзая копья, пока зверь не истекает кровью. Уквешвама (ЮАР): ритуальное убийство быка руками, методами, от которых морщится даже охотник. Toro Jubilo: к рогам привязывают горящие смолистые шары, и в слепоте и агонии животное бегает по площади, обращаясь в живой факел.

Многие из этих акций теперь запрещены или жестко ограничены законом. Но сам факт их векового существования заставляет спрашивать: где проходит граница между «культурным кодом» и садизмом?

10. Перепелы как живые снаряды

Валенсия, конец XX века. Развлечение: живую перепелку загружают в пружинный механизм — что-то между катапультой и пушкой — и стреляют. Птица летит, разбивается о стены, землю, людей. «Снаряд» пищикает в полёте.

Протесты защитников животных заставили закрыть эту «аттракцион», но след в истории остался: традиция не оправдывает превращение живого существа в расходник для смеха толпы.

11. Осёл на пьяном фестивале: Перо Пало

И снова Испания. Фестиваль Перо Пало. Осла водят по улицам, а пьяная молодежь издевается над ним: бьёт, дразнит, тянет за уши и хвост. Зверь падает от усталости и страха — его заставляют вставать и идти дальше.

Защитники требовали осмотреть животное после «веселья» — властям отказали. История идеально иллюстрирует ловушку традиции: десятилетиями это называли «культурой», а с высоты XXI века это выглядит просто как публичное пытки ради развлечения пьяной толпы. Стоит ли хранить обычай, если его фундамент — чья-то боль?